Поля искусственно засеянные травою

Вначале залог, заросший одним или всеми тремя залежными злаками, представляет замечательно хороший вид, в особен­ности в тех случаях, когда одни злаки без бурьяна появляются в первый же год залежи; всего же лучше вид бывает, когда залог занят одним пыреем или одним безостым костром (Bro­mus inermis). Между отдельными стеблями тогда есть достаточные расстояния; все стебли от этого развиваются замеча­тельно равномерно, и участок имеет вид поля, искусственно засеянного травою. В недурной год такие залоги могут давать до 150 пудов и даже гораздо более превосходного сена, ни в чем не уступающего посевному.

Некоторые хозяева думают, что пастьба скота может превратить чисто бурьянистый залог (после сох и рал) в пырейный. Я сильно сомне­ваюсь в этом, так как видел залоги разных лет, очень сильно вытапты­ваемые скотом, так что на них ничего не оставалось, кроме молочая (Euphorbia), — и тем не менее ни пырея, ни других залежных злаков на них не было и следов. По моим наблюдениям, пастьба скота может только помочь более быстрому распространению залежных злаков, уже имеющихся на залоге, уничтожением конкуренции бурьяна, а никак не засеванию залога злаками в тех случаях, когда на залоге их нет.

Совсем иное бывает в том случае, если участок зарастет одной чаполочыо (что случается совсем нередко). Рост травы и здесь бывает также хорош, но сама трава никуда не годится, и залог на несколько лет остается для хозяина совершенно бесполезным. Небогатый хозяин, на которого стрясется такая беда, совсем падает духом ; придя на залог, иной долго не хочет признать этой напасти и каждый раз непременно сорвет и пожует их, точно ожидая найти что-нибудь хорошее; но про­тивно-горький вкус травы, как и надо ожидать, тотчас же указывает истину, и хозяин сплевывает на траву с особенным ожесточением. Такой хозяин, конечно, достоин сожаления; но нельзя, однако, не признать, что указываемый плачевный результат во многом зависит от самого хозяина. Всегда можно заранее, еще во время посевов, знать, какой из залежных злаков будет преобладать на залоге, так как злаки эти раз­растаются еще между хлебами. Еще в то время, если замечено будет преобладание чаполочи, непременно следует пустить в дело сохи и рала, по крайней мере в течение двух лет.

Всего лучше оставить затем землю на один год без пахоты, а потом перепахать плугом. В этот год бурьян убьет чаполочь, а после плужной пахоты, если только в окрестности нет старых зало­гов, поросших чаполочыо, всего вероятнее появление пырея как травы наиболее распространенной сравнительно с другими залежными злаками. Если этого не сделано, то для истребления чаполочи нужно употребить те же средства потом, т. е. после первого лета залежи; по моему мнению, в таком случае рас­четливее производить посевы по сошной пахоте с риском полу­чить плохие урожаи, чем оставлять залог в покое, потому что последнее равнозначаще с отказом от пользования землею в течение остальных лет. В подобных случаях выгодно отдать залог в распашку года на два даже даром, если только снима­ющий земли обяжется работать сохою и ралом. Какой бы злак, однако, пи занял залог, со временем он начинает произрастать все хуже и хуже. Причин такого явления две: во-первых — уплотнение почвы залогов и, во-вто­рых — особенные свойства самих залежных злаков, вследствие которых они со временем затесняют сами себя.