Сохранение рыхлости

Порошковатая земля легко слипается даже от незначительных дождей и образует корку, т. е. плотный слой, высасывающий воду из более глубоких слоев и потому ускоряющий высыхание почвы. Точно так же после дождей, когда образовалась на земле корка, ее не следует разбивать бороною до ее высыхания, потому что она при этом тоже легко разбивается в порошок. Нужно подождать, когда корка вы­сохнет до глубины около одного вершка, и только тогда пускать борону. Верхний слой тогда распадается в комочки и будет долгое время сохранять рыхлость.

При обработке паровых полей, двоение считается у нас обязательным, и притом двоят, обыкновенно, глубже первой пахоты. Такое двоение и вообще двоение может принести выгоды только при некоторых условиях. Чтобы пояснить это, приведу два примера. Предположим, что первая пахота произведена поздно, так что пахотный слой образовался сухой на всю глубину, напр. до 4 вершков. Если бы случился дождь, промочивший слой на 21/г—3 вершка, то непростительно было бы не пере­двоить пашню, обернувши влажную почву вниз, а остатки сухой земли выпахавши наверх.

Но если бы стояла сухая погода и если пахотный слой был сухим вершка на два, а ниже этого была бы сырая земля, то двоение при таком состоянии пашни было бы непростительною ошибкою; наверх была бы выпахана сырая земля, а сухая была бы перевернута в глубину, и получилось бы четыре вершка сухой земли вместо двух. Если после первой пахоты не будет дождей до самого посева, то двоение было бы не только бесполезно, но несомненно вредно, потому что сопровождалось бы выпахиванием сырой земли, т. е. сильным ее высушиванием.

Еще недавно многие у нас считали непреложным правилом пахать чернозем как можно глубже, потому что такую пахоту считали важнейшим средством для сохранения влаги в черно­земе. До сих пор есть лица, полагающие, что при глубокой обработке в почве несомненно больше сберегается влаги, чем при обработке мелкой, и считают это положение научным догма­том, вполне установленным. Такие общие положения, выска­зываемые без надлежащих оговорок, я считаю крайне опасными и несомненно ошибочными. Вся суть вопроса заключается в том, в какое время земля пашется глубоко. При пахоте земли с осени для черного пара глубокая пахота действительно мо­жет сопровождаться большим скоплением влаги в почве. Но как только первая пахота переходит на весну, то большее сбережение влаги глубокою пахотою является в высшей степени сомнительным, потому что при такой пахоте, если она произ­водится не тотчас же после дождей, в пахотном слое наверху будет наиболее сырая земля, а внизу наиболее сухая. Так как пахать непосредственно после дождей приходится у нас несрав­ненно реже, чем без дождей, то глубокая весенняя пахота всего чаще бывает невыгодною по сравнению с пахотою более мелкою.

При более позднем взмете паровых полей, напр. в июне, глубокая пахота почти всегда оказывается пагубною ошибкою, потому что при ней пахота бывает чаще всего глыбистою. То же самое можно сказать и о глубине двоения. Из всего сказанного можно видеть, что сбережение влаж­ности в почве в пределах черноземной полосы не требует каких-либо чрезвычайных мер; его можно достигнуть с помощью средств, имеющихся в руках каждого хозяина. Требуется только, чтобы обработка почвы производилась в строгом соот­ветствии с распределением влажности в различных слоях почвы в соответствии с погодой и т.п.; в особенности следует остерегаться распределять работы по заранее назначенным числам разных месяцев; не следует заранее назначать того, как именно следует произвести работу, и т.п.