Процесс смывания, размывания и вымывания

Костычев считает, «что вопрос о смывании чернозема и о вымывании из него более мелких частиц совсем не так прост, как думают некоторые лица» и что «необходимо произвести детальные и точные иссле­дования над процессами смывания, размывания и вымывания при разных обстоятельствах, по возможности точно опреде­ленных». Этим пожеланием П.А. Костычев пророчески преду­смотрел развитие исследований по изучению процессов эро­зии почв, которые широко развернулись к настоящему вре­мени.

Как уже было сказано в начале нашего обзора работ П.А. Костычева, посвященных вопросам образования черно­зема, эти работы имели весьма важное значение для развития как нового почвоведения, так и научного творчества самого П.А. Костычева. Не разделяя многих взглядов основа­теля нового, генетического направления в почвоведении — В.В. Докучаева, стремясь в ряде случаев опровергнуть эти взгляды, как неверные или необоснованные, и выдвинуть вместо них другие, более точные и соответствующие научным данным, Костычев невольно, и, может быть, незаметно для себя, воспринял новый взгляд на почву как на особое явление природы, к изучению которого недостаточно подходить только с точки зрения узко практических задач агрономического поч­воведения. Это сказалось, прежде всего, на круге вопросов, которые были им выдвинуты для изучения; как уже было отмечено выше, это были вопросы генезиса, т.е. происхожде­ния черноземов как природных образований, в то время как до этого в своем курсе почвоведения он исключил вопросы происхождения почв за их ненадобностью для практических хозяев. Поэтому нельзя не согласиться с мнением С. Ники­тина, что «несмотря на многие разногласия, доходившие до антагонизма по некоторым крупным вопросам», Докучаев и Костычев «в сущности держались одних и тех же принци­пов, проводили ту же идею (т.е. держался широкого взгляда на почву как на естественно-историческое тело), но счастливо дополняли друг друга и оба создали современное русское почво­ведение как науку»; следует только добавить, что при этом имеются в виду те работы Костычева по почвоведению, начало которым было положено его трудом «Образование чернозема», на котором сказалось несомненное влияние идей Доку­чаева.

Экспериментальными исследованиями Костычева весьма обстоятельно выяснен ближайший характер процессов и усло­вий образования черноземов, главным образом в отношении накопления в них перегноя. В результате этих исследований общие положения о происхождении чернозема, выдвинутые Докучаевым, получили гораздо большую определенность и убе­дительность. Можно положительно утверждать, что исследо­вания Костычева были так необходимы и так органически дополняли основные положения Докучаева о «растительно-наземном» — степном происхождении чернозема, что без них трудно представить себе современное учение о происхожде­нии черноземов, которое со времени Докучаева и Костычева вошло в русское почвоведение как один из его наиболее разра­ботанных отделов.

А та острая, но строго деловая научная критика, с кото­рой Костычев выступал против многих положений Докучаева, сыграла большую положительную роль, заставив обратить внимание на необходимость углубленной разработки вопросов по заключению акад. Б. Б. Полынова, названная книга Косты­чева «представляет интерес знаменательного исторического документа, свидетельствующего о моменте, в который агропочвовед старой школы отказывается от представления о „двух черноземах: полевода и лесо­вода, и рассматривает чернозем как природное образование. И не при­ходится сомневаться, что такое „обращение" вызвано работой В. В. Доку­чаева» (имеется в виду «Русский чернозем»). О влиянии климата и прочих факторов на образование черно­зема и других почв, о происхождении и природе перегнойных веществ и их роли в почвообразовании, о процессах смывания и размывания почв и т. д.