Исследователи черноземной флоры

Новейшие исследователи черноземной флоры, но моему мнению, оказывают некоторую несправедливость Рупрехту в другом отношении. Найдя, что некоторые растения, считавшиеся, по Рупрехту, указателями чернозема, растут и не па черноземе, они заключили из этого, что Рупрехт ошибался. По при этом упущен из вида общий ход идей Рупрехта: если он считал, что чернозем есть продукт известной растительности, то, несо­мненно, предполагал, что растительность эта сперва поселилась не на чер­ноземе, а на чисто минеральной почве, отчего и образовался чернозем

Так как есть неопровержимые свидетельства в пользу того, что черноземная флора и флора венгерских равнин имеет несомненную связь с флорой азиатских степей,* то, может быть, особый характер черноземной флоры объясняется перво­начальным заселением теперешней черноземной полосы расте­ниями, главным образом, из Азии. Если местности, откуда получены черноземные растения, иные, чем те, откуда про­изошла более северная флора, и если растения, как я старался показать, занявши определенные места, стойко удерживают их за собой, то этого вполне достаточно для объяснения особен­ного характера флоры. Разумеется, флора эта будет всегда такова, какую допускает климат данной местности; но так как тот же климат допустил бы существование и других расти­тельных формаций, то в настоящем случае не за ним остается решающее влияние.

Заканчивая этим настоящую главу, не могу не сказать, что специалист по растительной географии, ставши на мою точку зрения, мог бы, без сомнения, сделать несравненно больше меня и представил бы доводы более убедительные, приведя детали, опущенные мною; надеюсь однако, что мои соображения и в том виде, как они высказаны, сочтены будут достойными внимания.

Если бы он думал иначе, то должен был бы сперва отыскать другие расте­ния, образующие чернозем, на котором потом поселились его теперешние указатели — черноземные растения; но он везде указывает, что чернозем образовался существующей теперь растительностью. Перечитывая сочи­нения Рупрехта, невольно удивляешься точности и глубине его сообра­жений, если только не обращать внимания па несущественные ошибки в частностях. Я руководствуюсь в этом случае, главным образом, указаниями Энглера в его уже цитированной мною книге.